Прощание и поиск: анализ стихотворения Натальи Явлюхиной

все со всем прощается, в мундиры
птиц влезают мертвецы.
в костях воробьевых гор синие дыры,
голуби годятся нам в отцы.

И это прощание, словно тихий шепот ветра, касается каждого уголка мира, где привычные образы обретают зловещий смысл. Птицы, символы свободы и легкости, теперь несут в себе бремя ушедших жизней, их яркие перья скрывают холод и неподвижность мертвецов. Эта метафора проникает в самое сердце, заставляя переосмыслить привычное. Воробьиные горы, некогда наполненные щебетом и жизнью, теперь хранят лишь синие, зияющие дыры в своих костях – символы утраты и опустошения. А голуби, эти вечные странники и вестники, внезапно становятся для нас родными, отцами, к которым мы обращаемся в поисках утешения и мудрости, подобно тому, как дети ищут опору в своих родителях.

это сбудется сном не для всех, о каком
они, кого не было там,
просят, чтоб он был для всех, молоком
это пройдет по ментам.

Этот сон, этот грядущий перелом, не станет благословением для каждого. Он явится откровением лишь для тех, кто готов его принять, кто не боится заглянуть в бездну. Те же, кто предпочитает оставаться в неведении, кто никогда не сталкивался с истинной природой вещей, будут молить о том, чтобы этот сон, этот новый порядок, стал всеобщим утешением, сладким, как молоко, доступным каждому. Однако реальность, как это часто бывает, окажется куда более суровой. Это «молоко» пройдет через «ментов» – через тех, кто призван поддерживать порядок, но в данном случае, возможно, станет инструментом принуждения или искажения истины. Эта фраза намекает на то, что даже самое желанное может быть искажено или использовано во вред.

это вращается, придвигая
грязь и музыкокость,
как закопанный под ногами
круг чернобыльских звезд

в день становления кристаллов.

Именно в этот момент, когда мир вращается, принося с собой не только грязь, но и странное, тревожное звучание – «музыкокость», этот неологизм, сочетающий музыку и кость, намекает на нечто одновременно прекрасное и жуткое, на мелодию, исходящую из смерти – происходит нечто грандиозное. Эта метафора «закопанного под ногами круга чернобыльских звезд» вызывает образы катастрофы, радиации, но также и некой космической, неизбежной силы, которая скрыта, но ощущается под поверхностью. Это может быть аллюзия на прошлые трагедии, которые продолжают влиять на настоящее, или на скрытые угрозы, которые вот-вот проявятся. Все это происходит «в день становления кристаллов», когда нечто хрупкое и прозрачное обретает твердость и новую форму, символизируя, возможно, рождение нового мира из пепла старого, или же кристаллизацию истины, которая может быть как прекрасной, так и болезненной.

и ленин снега, весь лепной,
собаке скажет: я упало,
побудь со мной.

Даже образ Ленина, обычно ассоциирующийся с революцией и силой, здесь предстает в совершенно ином свете. «Ленин снега, весь лепной» – это образ хрупкий, эфемерный, созданный из тающего снега, подобно скульптуре, которая вот-вот растает. Он, потеряв свою монументальность, обращается к собаке – символу верности и простоты – с мольбой: «я упало, побудь со мной». Это говорит о том, что даже самые могущественные образы, лишившись своей силы и поддержки, становятся уязвимыми и ищут простого человеческого (или собачьего) сочувствия. Это призыв к состраданию, к близости в момент уязвимости.

хоть поселки пустеют, отбой
дали яблоки – о о о –
дело не отвлекает того,
кто им занят холодной весной.

Несмотря на опустошение, на уход людей из некогда живых поселков, жизнь продолжает течь своим чередом, пусть и в ином ритме. «Отбой дали яблоки» – это может означать, что даже в условиях упадка, в момент, когда все кажется потерянным, природа продолжает дарить свои плоды, символизируя надежду и цикличность жизни. Звук «о о о» может выражать как горечь, так и удивление перед этим парадоксом. И в этой новой реальности, «дело не отвлекает того, кто им занят холодной весной». Работа, занятие, призвание – все это остается важным, даже когда вокруг царит запустение. Холодная весна символизирует период возрождения, но пока еще неполного, полного неопределенности, и именно в такой период человек находит опору в своей деятельности.

даже если, доехав до мест
расселенных, себя найдет
роющим во имя двух существ
землю, то посмотрит и уйдет.

Финальный образ завершает картину отрешенности и поиска смысла. Человек, оказавшись в «расселенных местах» – местах, где некогда жили люди, но которые теперь опустели, – продолжает свой путь. Даже если его целью становится поиск чего-то важного, «во имя двух существ» (возможно, символизирующих любовь, семью, или же некие высшие силы), он не задерживается. Он «посмотрит и уйдет». Это не отказ от поиска, а скорее понимание того, что истинный смысл не всегда находится в материальном или в достижении конкретной цели. Это принятие того, что некоторые поиски могут быть бесконечными, или что истина ускользает, и остается лишь наблюдать и двигаться дальше.

Наталья Явлюхина.