Поэзия Анастасии Векшиной: Образы и смыслы

Так:

• мятая бумага, тающий снег, коричневый сахар –
• и голод,
• голод не по еде и любви.

Обещающе –

• с первой платформы отправление на Москву;
• Конаково ГРЭС, Конаково ГРЭС,
• угрожает вторая,
• и дождь на ходу,
• на глазах превращается дождь
• в коричневый сахар,
• в узловатые руки старух,
• в мир беспризорный
• из двойного окна электрички.

Анастасия Векшина.

Так:

• мятая бумага, тающий снег, коричневый сахар –
• и голод,
• голод не по еде и любви.

Обещающе –

• с первой платформы отправление на Москву;
• Конаково ГРЭС, Конаково ГРЭС,
• угрожает вторая,
• и дождь на ходу,
• на глазах превращается дождь
• в коричневый сахар,
• в узловатые руки старух,
• в мир беспризорный
• из двойного окна электрички.

Этот мир, сотканный из мелких, повседневных деталей, кажется одновременно хрупким и вечным. Мятая бумага – забытое письмо, недочитанная газета, скомканный черновик, хранящий отпечатки пальцев и мысли. Тающий снег – символ перемен, недолговечности, ускользающей красоты, обещание весны, но пока лишь сырость и холод, проникающие сквозь тонкую ткань пальто. Коричневый сахар – не просто подсластитель, а метафора чего-то приземленного, но значимого, возможно, утешения, сладкой горечи воспоминаний, или даже простого, но необходимого элемента бытия.

И этот голод, столь же реальный, сколь и нематериальный. Он не насыщается привычными способами, не утоляется ни теплом объятий, ни вкусом еды. Это голод по смыслу, по самоопределению, по осознанию своего места в этом стремительно меняющемся мире. Это тоска по несбывшемуся, по утраченным возможностям, по идеалу, который всегда где-то рядом, но ускользает.

Обещающе – звучит как надежда, как предвкушение чего-то нового, важного. С первой платформы, где воздух еще свеж и пропитан запахом железной дороги, отправление на Москву. Столица – символ возможностей, центр притяжения, место, где могут сбыться мечты, или же, наоборот, где реальность окажется суровее ожиданий.

Конаково ГРЭС, Конаково ГРЭС – это повторяющееся название, как будто застрявший в памяти мотив, навязчивая мелодия. Возможно, это место, которое оставило глубокий след, место, связанное с прошлым, с детством, с какими-то важными событиями. Или же это просто один из бесчисленных пейзажей, мелькающих за окном, но имеющий для автора особое, личное значение. Угрожает вторая – эта фраза добавляет напряжения, предчувствия чего-то нежелательного, неизбежного. Возможно, вторая электричка, которая увозит куда-то дальше, или же вторая волна какого-то события, которое уже произошло и оставило свой след.

И дождь на ходу – он не просто идет, он движется вместе с поездом, становясь частью этого непрерывного движения. Он как бы отражает внутреннее состояние, печаль, меланхолию. Но на глазах превращается дождь в коричневый сахар. Это завораживающий образ, метаморфоза, где природное явление обретает черты чего-то осязаемого, сладкого, но в то же время, возможно, приземленного. Возможно, это означает, что даже в печали и дожде можно найти что-то утешительное, что-то, что придает жизни вкус.

И далее, трансформация продолжается: в узловатые руки старух. Эти руки – символ опыта, труда, прожитых лет, возможно, тяжелой судьбы. Они могут быть воплощением мудрости, но также и усталости, боли. Они – часть того мира, который открывается из окна.

В мир беспризорный – этот мир лишен четких границ, он неустроенный, забытый. Мир, где нет постоянства, где люди предоставлены сами себе. Мир, который ощущается через двойное окно электрички – стекло, которое отделяет, но и позволяет наблюдать. Двойное окно – это еще одна деталь, добавляющая ощущение некоторой отстраненности, наблюдения за жизнью со стороны.

Анастасия Векшина.