ПАРИЖСКИЙ СПЛИН

Гренадёр шевелит костяной ногой
под арабской весёлой луной,
в то же время в фонтане сидит другой,
но его сейчас увезут.

Гренадёр достаёт из кармана вот,
на котором роскошный бант,
но в него уже целится третий, тот,
кто расплавлен в речной воде.

Кто конкретно расплавлен в воде ручной?
Это знает рыбак чумной.
Это в лунном луче лучевая кость
пробивает тебя насквозь.

Не затем ли вставала с пустой свечой
и ждала огня от него,
что четвёртый никто во грехе течёт
под весёлым мостом Мирабо?

Олег Петров.

ПАРИЖСКИЙ СПЛИН

Гренадёр шевелит костяной ногой
под арабской весёлой луной,
в то же время в фонтане сидит другой,
но его сейчас увезут. Этот фонтан, возможно, один из тех, что украшают парижские бульвары, где по вечерам собирается богема и праздношатающиеся. Возможно, второго гренадёра увезут не на лечение, а в другое, более мрачное место, символизирующее его участь.

Гренадёр достаёт из кармана вот,
на котором роскошный бант,
но в него уже целится третий, тот,
кто расплавлен в речной воде. Этот «вот» может быть чем угодно – от старого письма до фотографии, вызывающей болезненные воспоминания. Роскошный бант добавляет сюрреалистичности, контрастируя с мрачной атмосферой. Третий гренадёр, «расплавленный в речной воде», – это образ полного растворения, потери себя, возможно, из-за разочарования или отчаяния, постигшего его в мутных водах Сены.

Кто конкретно расплавлен в воде ручной?
Это знает рыбак чумной.
Это в лунном луче лучевая кость
пробивает тебя насквозь. «Ручная вода» – парадоксальное сочетание, намекающее на искусственность или, наоборот, на интимность, личную трагедию. Рыбак чумной – образ, вызывающий ассоциации с болезнями, смертью и одиночеством, возможно, он является свидетелем или даже причиной этой трагедии, но его знание не несёт облегчения, а лишь подчёркивает безысходность. Лучевая кость, пробивающая насквозь в лунном луче, – это метафора внезапной, жестокой правды или удара судьбы, который поражает беззащитного.

Не затем ли вставала с пустой свечой
и ждала огня от него,
что четвёртый никто во грехе течёт
под весёлым мостом Мирабо? Пустая свеча – символ несбывшихся надежд, ожидания, которое так и не было оправдано. «Огонь от него» может означать любовь, вдохновение или просто смысл жизни, который так и не был получен. Четвёртый гренадёр, «никто во грехе», текущий под мостом Мирабо, – это образ человека, потерявшего всякую идентичность, погружённого в грех и забвение, но при этом каким-то образом продолжающего существовать. Весёлый мост Мирабо, контрастирующий с этой мрачной фигурой, лишь усиливает ощущение иронии и трагичности. Париж, его символы – Луна, фонтаны, река, мосты – становятся фоном для этой экзистенциальной драмы, где каждый гренадёр олицетворяет разные грани человеческого страдания и отчаяния.

Олег Петров.