Анализ стихотворения Аркадия Драгомощенко

Согласен, даже не ярость, – это так же смешно,
как моросит с утра, как не полученное письмо,
или в расплывах черники стук после тебя двери,
Хотя оконные рамы в сохранности,
поскольку туман не здесь. И ничего не пропало.
Жемчуга и запястья, как острие, ясны,
т.е. как хранится в каком-то отделе мозга «любовь»,
рядом с другим, возле стекла, но другому ни имени,
а есть расстояние, а к нему ни губой, ни глазом,
остальное – пространство, как травe оса.
И вдобавок мокрые на полу свитера: развей их,
как из крапивы вили сорочки, но только наоборот,
словно из моря раковины. Чтобы рот
не раскрывался больше ни в слове, смехе, извести,
а я не скажу – «хвоя, обруч, вино, сосна».
Тогда снова к тебе, не написать – тебе в воздухе;
дым, тебе легче письму, и зеленый, как щавель,
выдохнуть, – весны чернь, когда задыхаешься
и вино катится из руки и перекусываешь воду,
где закидывается голова…

Аркадий Драгомощенко.

Согласен, даже не ярость, – это так же смешно,
как моросит с утра, как не полученное письмо,
или в расплывах черники стук после тебя двери,
Хотя оконные рамы в сохранности,
поскольку туман не здесь. И ничего не пропало.
Жемчуга и запястья, как острие, ясны,
т.е. как хранится в каком-то отделе мозга «любовь»,
рядом с другим, возле стекла, но другому ни имени,
а есть расстояние, а к нему ни губой, ни глазом,
остальное – пространство, как травe оса.
И вдобавок мокрые на полу свитера: развей их,
как из крапивы вили сорочки, но только наоборот,
словно из моря раковины. Чтобы рот
не раскрывался больше ни в слове, смехе, извести,
а я не скажу – «хвоя, обруч, вино, сосна».
Тогда снова к тебе, не написать – тебе в воздухе;
дым, тебе легче письму, и зеленый, как щавель,
выдохнуть, – весны чернь, когда задыхаешься
и вино катится из руки и перекусываешь воду,
где закидывается голова…

Это состояние, когда все кажется одновременно близким и недостижимым, как эхо в пустом зале, или отражение в замерзшем окне. Чувство, которое не выразить словами, оно скорее ощущается через совокупность мелких, казалось бы, незначительных деталей. Вот это «стук после тебя двери» – он не про гнев, а про пустоту, оставшуюся после ухода, про след, который ещё вибрирует в воздухе. И «расплывы черники» – они словно символизируют размытые воспоминания, потерявшие чёткость, но сохранившие свой цвет, свою сущность.

Сравнение с «не полученным письмом» прекрасно передает ощущение незавершенности, ожидания, которое так и не оправдалось. Это тихий, но навязчивый диссонанс, который нарушает гармонию дня. «Моросит с утра» – тоже не буря, а скорее назойливая, мелкая неприятность, которая, однако, пропитывает всё вокруг своей влагой.

«Оконные рамы в сохранности» – это важная деталь, подчеркивающая, что внешняя оболочка цела, но внутреннее состояние другое. Нет видимых разрушений, но есть ощущение чего-то неуловимого, что изменилось. «Туман не здесь» – значит, причина не во внешней среде, а внутри. Это не природное явление, а внутреннее состояние, которое искажает восприятие. «Ничего не пропало» – подчеркивает, что материальные ценности на месте, но ценность эмоциональная, духовная, возможно, утрачена или трансформирована.

«Жемчуга и запястья, как острие, ясны» – здесь метафора переходит на новый уровень. Жемчуга и запястья – символы чего-то драгоценного, тонкого, изящного. Они становятся «ясными, как острие», то есть их красота и хрупкость приобретают резкость, остроту. Это как осознание красоты чего-то, что уже не принадлежит тебе, или что ты не можешь удержать.

«Как хранится в каком-то отделе мозга «любовь», рядом с другим, возле стекла, но другому ни имени, а есть расстояние, а к нему ни губой, ни глазом» – эта часть особенно глубока. Она говорит о фрагментации памяти и чувств. Любовь, как отдельный файл, хранится где-то в глубинах сознания, но отделена от других воспоминаний, как предмет за стеклом витрины. Она существует, но к ней нет прямого доступа, ни через физическое прикосновение («ни губой»), ни через зрительное восприятие («ни глазом»). Остается лишь «расстояние», ощущение недосягаемости.

«Остальное – пространство, как травe оса» – это образ, полный напряжения и ожидания. Оса, застывшая над травой, – это момент перед действием, перед укусом, перед завершением. Пространство наполняется этой потенциальной энергией, этой тишиной перед бурей.

«И вдобавок мокрые на полу свитера: развей их, как из крапивы вили сорочки, но только наоборот, словно из моря раковины» – здесь происходит удивительная трансформация. Мокрые свитера – символ уныния, небрежности, чего-то оставленного без внимания. Но предложение «развей их» придает им новую жизнь. Сравнение с «из крапивы вили сорочки» (что предполагает сложный, трудоемкий процесс создания чего-то из грубого материала) и «только наоборот» указывает на обратный процесс – не создание, а скорее освобождение, распутывание. А «словно из моря раковины» добавляет элемент красоты, чистоты, природной гармонии, которая возникает из этого процесса. Это как очищение, возвращение к естественной форме.

«Чтобы рот не раскрывался больше ни в слове, смехе, извести, а я не скажу – «хвоя, обруч, вино, сосна»» – здесь происходит отказ от вербального выражения, от банальных слов. Поэт выбирает молчание, но не пустое, а наполненное образами, которые сами по себе несут смысл. «Хвоя, обруч, вино, сосна» – это не случайный набор слов, а скорее чувственные, природные ассоциации, которые могут вызвать определённые ощущения и воспоминания, но не требуют прямого объяснения. Это попытка передать нечто неуловимое через намёки, через коннотации.

«Тогда снова к тебе, не написать – тебе в воздухе; дым, тебе легче письму, и зеленый, как щавель, выдохнуть, – весны чернь, когда задыхаешься и вино катится из руки и перекусываешь воду, где закидывается голова…» – финальная часть ещё больше углубляет ощущение потери и одновременно поиска. «Не написать – тебе в воздухе» – это стремление к коммуникации, но без посредников, без слов, напрямую, но это невозможно. «Дым» – символ эфемерности, чего-то, что исчезает, но оставляет след. «Зеленый, как щавель» – цвет, который может ассоциироваться как с весной, так и с горечью. «Весны чернь» – парадоксальное сочетание, где весна, символ обновления, омрачена. «Когда задыхаешься» – физическое проявление эмоционального состояния. «Вино катится из руки» – потеря контроля, утрата чего-то ценного. «Перекусываешь воду, где закидывается голова» – образ абсолютной потери, когда даже вода, источник жизни, становится чем-то, что можно лишь «перекусить», а сознание уходит в забытье, в «закидывающуюся голову». Это состояние полного опустошения, когда нет сил даже на то, чтобы выпить.

Аркадий Драгомощенко.