ИЮЛЬ

Сегодня внезапно спряталось сердце
и пальцы уснули

Тягался с туманом
и ничего не чувствовал

Ни дна лодки с которой волны дурачатся
ни зеленой лапы сосны
не чувствовал

Пробовал читать чужие стихи но видел тоску и только
хотел было полистать исторические книги но какая уж тут история
нет никакой истории и не было никогда
вместо исторических книг печатайте чернильные пятна

Мы всегда жили в сказках
я к примеру вырос из яблоневого зёрнышка

Моя реальность была соткана из шепота ветра в листве и отражений солнца в росе, а не из сухих фактов и дат. Каждый рассвет казался началом новой легенды, а закат – завершением древней саги. Мир вокруг был полон чудес, которые обыденность не могла ни измерить, ни объяснить.

Навзничь лежу
но никто не напьётся из глаз моих
ни птица ни корова ни пёс приблудный
ведь сегодня спряталось сердце и пальцы уснули
как в такой день настроить гитару
как петь в такой день

Вырываю язык свой
и в небо бросаю
потому как сегодня больше всего я хочу говорить
но слова теперь не имеют значения

Они стали пустыми сосудами, неспособными вместить ту боль или то восторг, что рвутся наружу. Как пытаться передать вкус спелого персика тому, кто никогда его не пробовал, или объяснить цвет неба слепому. Слова – это лишь тени, искажающие истину, когда сама истина стала чем-то неуловимым.

Ничего не нужно всё ясно и так
потому что нет сердца
а возможно и не было никогда
просто веришь учебнику анатомии
а сам живешь в сказке

И пальцы теперь словно карандаши с потерявшимися стержнями
как пчелы ужалившие в первый и последний раз

Они не способны удержать перо, чтобы записать свои мысли, не могут коснуться струн, чтобы извлечь мелодию, даже прикосновение к любимой руке кажется теперь чужим и далеким. Это ощущение беспомощности, когда самые верные помощники отказывают в службе, когда тело становится непослушным инструментом.

А сердце
что сердце
пустая кастрюля
звенит при каждом неосторожном движении
а нынче спряталось и оно

Оно перестало быть центром, источником чувств и движущей силой. Теперь лишь оболочка, которая может издавать пустые звуки, но не ощущать. И это молчание, эта пустота внутри, становится самым оглушительным шумом.

Даже июль теперь вон какой
не читает тебе твоих любимых поэтов
даже не разговаривает с тобой
забирает людей
забирает пальцы
забирает сердце

Лесик Панасюк.
Перевод Ии Кивы.