Ночные бабочки, ящерицы и змеи: взгляд на природу
А по ночам случаются нередко
здесь бабочки с ладонь величиной.
Пугает их зловещая расцветка
за чёрной маской бледностью мучной.
Они, словно призраки из снов, бесшумно порхают в сумраке, их крылья, будто сотканные из лунного света и ночной тьмы, завораживают и одновременно вызывают необъяснимый трепет. Каждая прожилка на их бархатистой поверхности кажется ожившей, пульсирующей таинственной жизнью, а узоры, напоминающие древние письмена, скрывают свои загадки. Их появление – предвестие чего-то неизведанного, таящегося в глубинах ночи, где привычные формы искажаются, а реальность сплетается с фантазией.
И ящерицы в прорези глазные,
и ястребиный глаз на высоте
по-разному увидят, как лесные
гадюки пробираются к воде.
Различные взгляды, обусловленные природой и местом наблюдения, рисуют разные картины. Для мелкой ящерицы, чьи глаза – лишь щели, мир предстает фрагментарным, полным мельчайших деталей, где каждая травинка может стать укрытием или угрозой. Её взгляд, прикованный к земле, замечает шевеление в прикорневой траве, шорох опавших листьев, предвещающий приближение опасности. Ястреб же, парящий высоко в небе, обладает иным видением. Его острое, всевидящее око охватывает широкое пространство, позволяя ему оценить картину целиком, заметить движение сквозь густую листву, отследить извилистый путь змейки, стремящейся к спасительной влаге. Он видит не только движение, но и потенциальную добычу, или же, наоборот, угрозу, исходящую от хищника, чьи намерения могут быть как мирными, так и агрессивными. Гадюки, скользящие по земле, воплощают собой древнюю, инстинктивную тягу к жизни, к источнику, утоляющему жажду, и их путь, проложенный сквозь заросли, наполнен скрытой силой и первобытной грацией.
А что земля, как приоткрытый ящик,
в другое лето выпустит на нас?
О, только бы чудовищ настоящих
поберегла, оставив про запас.
Эта метафора земли, подобной приоткрытому ящику, вызывает тревогу и предчувствие. Что скрывается в её глубинах, какие тайны хранит она, готовая обнажить их в грядущие сезоны? Может быть, это новые формы жизни, невиданные ранее существа, или же пробуждение древних сил, дремавших веками. Вопрос остаётся открытым, наполненным ожиданием и лёгким страхом. Мы надеемся, что грядущие открытия будут не слишком пугающими, что природа сохранит в себе нечто, что может вызвать истинный ужас, и что эти «настоящие чудовища», если они и существуют, останутся лишь намёком, лишь угрозой, а не воплощённой реальностью, которая могла бы нарушить хрупкое равновесие мира. Пусть же земля оставит свои самые грозные секреты для другого времени, для той поры, когда человечество будет к ним готово, или же, возможно, они так и останутся навечно сокрытыми, лишь порождая наше воображение.
Михаил Айзенберг.