Стихотворение Георгия Адамовича: Потерянное счастье и неизбежное забвение

Куртку потертую с беличьим мехом
Как мне забыть?
Голос ленивый небесным ли эхом
Мне заглушить?

Ночью настойчиво бьется ненастье
В шаткую дверь,
Гасит свечу… Мое бедное счастье,
Где ты теперь?

Имя тебе непонятное дали,
Ты — забытье.
Или, точнее, цианистый калий —
Имя твое.

Георгий Адамович.

Куртку потертую с беличьим мехом
Как мне забыть?
Голос ленивый небесным ли эхом
Мне заглушить?

Ночью настойчиво бьется ненастье
В шаткую дверь,
Гасит свечу… Мое бедное счастье,
Где ты теперь?

Имя тебе непонятное дали,
Ты — забытье.
Или, точнее, цианистый калий —
Имя твое.

Георгий Адамович.

Эта потертая куртка, с мехом беличьим, становится не просто одеждой, а символом утраченного. Каждый изношенный шов, каждая истертая ворсинка напоминают о прошлом, о человеке, который ее носил, о совместных моментах. Как стереть эти образы из памяти? Как заглушить этот ленивый, но такой пронзительный голос, который, кажется, звучит словно из небес, но не приносит утешения, а лишь усиливает тоску? Этот голос, словно эхо из прошлого, преследует, не давая покоя.

Ночь приносит с собой бурю, не только внешнюю. Ненастье, бьющееся в шаткую дверь, становится метафорой внутренних терзаний. Ветер, дождь, возможно, даже снег – все это сливается в единый хаос, который вторгается в хрупкое убежище души. И в этом хаосе гаснет свеча – символ надежды, света, жизни. Свеча, которая освещала путь, которая дарила тепло, которая была свидетелем счастливых мгновений. Теперь она погасла, оставив лишь мрак и холод. И в этой темноте возникает главный вопрос, крик души: «Мое бедное счастье, где ты теперь?» Это отчаянный поиск того, что было утрачено безвозвратно, того, что исчезло, оставив лишь пустоту.

Имя этому состоянию, этой потере, этому забвению, которое окутало душу, дали непонятное. Оно не имеет четких очертаний, оно ускользает от определения, как дым. Но если попытаться дать ему точное, медицинское, безжалостное определение, то это будет цианистый калий. Яд, который несет смерть, забвение, конец всему. Это имя – не просто слово, это приговор. Это состояние, которое медленно, но верно уничтожает все живое внутри. Это не просто грусть, это глубокая, неизлечимая рана, которая отравляет существование. Это ощущение полного опустошения, когда прошлое становится невыносимым грузом, а будущее – пугающей неизвестностью. И в этом отчаянии, в этой бездне, человек ищет ответы, но находит лишь горькое осознание того, что «счастье» – это лишь иллюзия, а «забытье» – неизбежная реальность.