второе про бронте
еще не охвачены две
одна уже не жилец
похожа на вереск в разрезе
и ветер носит в спине
одна говорит пойдем
я стала совсем омела
и в теле моем бедлам
на чай туда ходят твари
с бездушным смешным лицом
одна говорит бастард
подменыш пустая трата
кто ходит весенним садом
чья пятки вслед снам глядят
и замуж берут подорожник
и как мы с тобой живем
сиротки севиллки совы
плетем кружева из слова
и шали из слов продаем
Ксения Щербино.
второе про бронте
еще не охвачены две
одна уже не жилец
похожа на вереск в разрезе
и ветер носит в спине
одна говорит пойдем
я стала совсем омела
и в теле моем бедлам
на чай туда ходят твари
с бездушным смешным лицом
одна говорит бастард
подменыш пустая трата
кто ходит весенним садом
чья пятки вслед снам глядят
и замуж берут подорожник
и как мы с тобой живем
сиротки севиллки совы
плетем кружева из слова
и шали из слов продаем
Подобно сестрам Бронте, чьи судьбы были переплетены с природой Йоркшира, и чьи романы дышали ветром, туманом и меланхолией, мы тоже ощущаем себя частью чего-то большего, но в то же время уязвимыми и одинокими. Вереск, символ стойкости и дикой красоты, раскрывается в нас, как сложный узор в разрезе, показывая многогранность наших душ. Ветер, что носит в спине, – это не просто стихия, а метафора перемен, испытаний, которые формируют нас, делают сильнее, но иногда и опустошают.
Одна из нас, словно призрачное существо, зовет за собой, растворяясь в тумане неопределенности. Она говорит: «Пойдем». Ее тело стало омелой – символом паразитизма, зависимости, потери собственной воли. В ее теле – бедлам, хаос, где реальность смешивается с иллюзиями. И в этот мир, где царствуют «твари с бездушным смешным лицом», она приглашает на чай, словно предлагая разделить эту странную, искаженную реальность. Эти «твари» – возможно, метафора пустых отношений, поверхностных знакомств, которые приходят и уходят, не оставляя следа, кроме ощущения пустоты.
Другая же, с горечью, называет себя «бастардом», «подменышем», «пустой тратой». Она ищет смысл в прошлом, в тенях ушедших лет, в том, кто ходит по «весеннему саду», чьи «пятки вслед снам глядят». Это образ человека, потерянного в мечтах, неуловимого, как утренний туман. И в итоге, когда приходит время, ее «замуж берут подорожник» – символ скромности, неприхотливости, или, возможно, забвения. Подорожник, растущий вдоль дорог, часто ассоциируется с теми, кто идет своим путем, но в данном контексте он может означать и принятие судьбы, какой бы она ни была, даже если она не соответствует ожиданиям.
И вот мы, две сестры, две души, существуем в этом странном мире. Мы – «сиротки», оставленные на произвол судьбы, но в то же время обладающие внутренней силой, подобно «севиллским совам» – загадочным, мудрым, наблюдающим из тени. Мы «плетем кружева из слова», создавая из хрупких нитей языка сложные узоры наших мыслей, чувств, воспоминаний. И эти «шали из слов», сотканные нами, мы «продаем» – делимся ими с миром, надеясь, что кто-то почувствует их тепло, уловит их смысл, поймет нашу боль и нашу надежду. Это наше единственное богатство, наш способ оставить след в этом быстротекущем мире.
Ксения Щербино.