Стихотворение Леонида Шваба: Анализ и Смысл
Я сделан из сыра у меня голова старика
По свистку начинается жизнь с середины
Я стою над оврагом с оленем сверчком или братом
В житейском смысле нас зовут Алеша
Поднимается вихрь как простейший пограничный заслон
Вырастают грибы из бумаги я стою на часах
Со сдобною булкой как с осколочной бомбой
Чтобы не растревожить родных
Я колкостей не люблю
Трепетание малых событий порождает:
- правителя молодого
- земледелие вечного лета
Любовь начинается с ложки компота
Мне трудно заплакать Алеша а жить неизмеримо легко
Навстречу выходит невеста умыться с дороги
По касательной к дому плывут панорамные цирки
И я как демон слеп и глух как демон
Леонид Шваб.
Я сделан из сыра у меня голова старика
По свистку начинается жизнь с середины
Я стою над оврагом с оленем сверчком или братом
В житейском смысле нас зовут Алеша
Поднимается вихрь как простейший пограничный заслон
Вырастают грибы из бумаги я стою на часах
Со сдобною булкой как с осколочной бомбой
Чтобы не растревожить родных
Я колкостей не люблю
Трепетание малых событий порождает:
- правителя молодого
- земледелие вечного лета
Любовь начинается с ложки компота
Мне трудно заплакать Алеша а жить неизмеримо легко
Навстречу выходит невеста умыться с дороги
По касательной к дому плывут панорамные цирки
И я как демон слеп и глух как демон
В этой сюрреалистической картине бытия, где реальность переплетается с фантасмагорией, образ лирического героя предстает как многогранная сущность, сотканная из противоречий. Сырная плоть и старик-лицо – метафора хрупкости и мудрости, времени и уязвимости. Жизнь, начинающаяся по свистку, намекает на некую предопределенность, на роль, предначертанную свыше, или же на внезапное пробуждение к существованию, лишенное плавного перехода. Овраг, как символ пропасти, бездны, или же неизведанного, становится местом встречи с разнообразными существами – оленем, символом грации и природы, сверчком, олицетворением домашнего очага и летней ночи, или братом, воплощением родства и поддержки. Все это – проявления единого «я», Алеши, чье имя звучит как отголосок русской литературы, как символ простоты и народности.
Вихрь, поднимающийся как пограничный заслон, символизирует внезапные перемены, препятствия, которые нужно преодолеть, или же защитный барьер, оберегающий от внешнего мира. Грибы из бумаги – эфемерные, искусственные образования, противопоставленные природной среде, подчеркивают иллюзорность или хрупкость окружающей действительности. Стоя на часах, герой несет службу, но его оружие – сдобная булка, образ домашнего уюта и спокойствия, парадоксально соседствует с ассоциацией осколочной бомбы. Этот контраст подчеркивает его стремление к миру, к сохранению хрупкого равновесия, к защите близких от разрушительных сил. Желание «не растревожить родных» – это альтруистический мотив, пронизывающий всю поэзию, где личное страдание отступает перед заботой о других.
Нелюбовь к колкостям – это отказ от агрессии, от резких слов, от причинения боли. Трепетание малых событий, их незначительность на первый взгляд, порождает грандиозные последствия: молодого правителя, символизирующего начало новой эры, или земледелие вечного лета, олицетворяющее утопию изобилия и гармонии. Это говорит о том, что даже самые незначительные поступки могут иметь далеко идущие последствия, а в обыденном кроются зерна великого. Любовь, по Швабу, начинается с простого, бытового жеста – ложки компота, подчеркивая, что великие чувства зарождаются в малом, в повседневности, в заботе и внимании.
Фраза «Мне трудно заплакать Алеша а жить неизмеримо легко» – это ключевая мысль, раскрывающая внутренний мир героя. Он испытывает трудности с выражением скорби, с проявлением эмоций, но при этом находит легкость в самом существовании, в процессе жизни. Навстречу выходит невеста, умывающаяся с дороги, – образ чистоты, обновления, надежды на будущее, возможно, символизирующий встречу с судьбой или с новым этапом жизни. Панорамные цирки, плывущие по касательной к дому, создают ощущение движения, праздника, но в то же время отстраненности, как бы проходя мимо, не затрагивая основное существование. Финальное самоопределение «И я как демон слеп и глух как демон» – это апофеоз отчужденности, погружения во внутренний мир, где внешние раздражители теряют свою силу, где герой, подобно мифическому существу, существует в своей собственной реальности, отрешенный от мира, но в то же время наделенный своей особой, потусторонней силой. Это не столько отречение от мира, сколько его глубокое, парадоксальное осмысление.
Леонид Шваб.