БОГ

А Бог – не призрак золотой
Не зверь, не звездный жар
Он только голый шар
Бесполый и пустой
Он в комнате повис
Под самым потолком
И смотрит, смотрит вниз
Невидимым зрачком
Мои чернила, стол
Он превратил в тюрьму
Я все отдам ему
А сам останусь гол

Сергей Стратановский.

БОГ

А Бог – не призрак золотой
Не зверь, не звездный жар. Он не воплощение алчности, не хищный взгляд, не небесное светило, сжигающее все вокруг. Стратановский отсекает привычные образы, лишая Бога привычных атрибутов могущества и величия. Он не сулит наград, не грозит карой, не обещает райских кущ.

Он только голый шар
Бесполый и пустой. Этот шар – метафора абсолютной пустоты, безликой и безразличной. Он не имеет ни формы, ни содержания, ни эмоций. Он – ничто, абсолютный ноль, в котором растворяется все сущее. Это не всемогущий творец, а скорее, безмолвный свидетель, наблюдающий за миром.

Он в комнате повис
Под самым потолком
И смотрит, смотрит вниз
Невидимым зрачком. Бог не вмешивается, не управляет, не диктует. Он просто присутствует, парит над миром, безмолвно наблюдая за человеческими страстями, взлетами и падениями. Его взгляд – не карающий, а скорее, отстраненный, беспристрастный. Он видит все, но не принимает участия. Это взгляд наблюдателя, не судьи.

Мои чернила, стол
Он превратил в тюрьму
Я все отдам ему
А сам останусь гол. Поэт ощущает себя пленником этого безмолвного наблюдателя. Все, что ему дорого – творчество, мир вокруг – становится частью этой «тюрьмы». Он готов отдать все, что имеет, все свои достижения, переживания, надежды. Он готов обнажиться перед этой пустотой, остаться ни с чем. Это акт абсолютного смирения, признание своей незначительности перед лицом вечности. Это осознание собственной бренности, растворение в мироздании. Он отдаёт всё, чтобы остаться наедине с собой, но даже это – часть этого пустого шара, который висит над ним, наблюдая. Остаётся лишь голая душа, не имеющая ничего, кроме своего существования, заключённого в этой «тюрьме». Это не триумф, а горечь, осознание бессмысленности усилий перед лицом небытия. Это не вера, а скорее, отчаяние, выраженное в поэтических строках. В этом стихотворении нет ни надежды, ни веры, лишь холодное созерцание.