ФЕВРАЛЬ, НОЧЬ
Не подобие заноз, но истинно занозы, в каждом пальце что ни слово, то заноза, в самом коротком месяце года целый колючий куст на белизне страницы.
Не королевская боль мысли, но низкое и жестокое наказание: десять заноз, колючек, десять маленьких раскаленных ромбов в ладонях, тщетна бравада мальчишек у моря со жгучей иглой в ноге от морского ежа, тело свое бросающих в морской хлад.
Антонелла Анедда.
Перевод Евгения Солоновича.
ФЕВРАЛЬ, НОЧЬ
Не подобие заноз, но истинно занозы, в каждом пальце, что ни слово, то заноза, в самом коротком месяце года, целый колючий куст на белизне страницы. Февраль, с его морозным дыханием и короткими днями, предстает как время, когда даже слова становятся болезненными. Стихотворение, словно заснеженная равнина, усеяно острыми, колкими элементами, проникающими в самую суть восприятия. Образ «колючего куста» подчеркивает плотность и агрессивность этих «заноз», создавая ощущение постоянной угрозы, дискомфорта. Это не просто слова, а острые осколки, впивающиеся в сознание, оставляющие после себя боль и раздражение. Зимняя ночь, окутывающая все вокруг, усиливает это ощущение, делая его еще более пронзительным и невыносимым.
Не королевская боль мысли, но низкое и жестокое наказание: десять заноз, колючек, десять маленьких раскаленных ромбов в ладонях, тщетна бравада мальчишек у моря со жгучей иглой в ноге от морского ежа, тело свое бросающих в морской хлад. Здесь акцент смещается с абстрактной боли на физическую. «Десять заноз» — конкретное, осязаемое страдание, не возвышенное, а приземленное, лишенное всякого благородства. Это не трагедия королей, а муки простого человека. Раскаленные ромбы в ладонях – метафора, усиливающая ощущение жжения и боли. Это не просто укол, а настоящее испытание. Сравнение с мальчишками у моря, пренебрегающими болью от иглы морского ежа, усиливает контраст. Их бравада, их храбрость перед лицом боли, оказывается тщетной, бессмысленной. Они бросаются в ледяную воду, пытаясь заглушить боль, но она остается, проникает в каждую клетку, напоминая о бренности и конечности всего сущего. Попытка преодолеть страдание, заглушить его, оказывается лишь временным решением, не способным избавить от его мучительного присутствия. Это не героический поступок, а скорее проявление отчаяния и безысходности. Стихотворение наполнено ощущением физической и моральной боли, одиночества и бессмысленности. Образ заноз, пронизывающих текст, создает атмосферу тревоги и дискомфорта, заставляя читателя сопереживать этому «низкому и жестокому наказанию». Февраль, с его ледяным дыханием и пронзительным ветром, становится символом страдания и безысходности.
Антонелла Анедда.
Перевод Евгения Солоновича.