Безвкусный чай «Ахмад»
Безвкусный чай «Ахмад». Окно выходит в сад. Приходит лес на свет. И замещает сад.
О, лес, верни мне нож. О, нож, верни мне лес.
О, ты куда исчез? Куда ещё идёшь?
О, ёж. О – ёж.
- Бумага – милый дом, там буковки кругом,
- Там сад и лес и свет
- И нож, но смерти нет.
- Заходит в дом о-ёж,
- Как ты во мне живёшь.
Безвкусный чай, окно. Другого не дано.
Денис Крюков.
Безвкусный чай «Ахмад». Окно выходит в сад. Приходит лес на свет. И замещает сад. Этот момент, когда привычный, упорядоченный мир сада уступает место дикой, необузданной силе леса, наполняет пространство ощущением чего-то трансцендентного. Сад, символизирующий культуру, контроль, человеческое вмешательство, постепенно растворяется, уступая место первозданной природе. Свет, проникающий сквозь кроны деревьев, становится проводником этой метаморфозы, освещая путь лесу, который, подобно стихии, неумолимо движется вперед, поглощая все на своем пути.
О, лес, верни мне нож. О, нож, верни мне лес. Здесь возникает парадоксальное желание вернуть утраченное – нож, как символ инструмента, силы, возможно, даже агрессии, и лес, как символ дикости, свободы, первозданной мощи. Это не просто предметы, а архетипы, воплощающие противоположные начала. Желание вернуть лес через нож может означать попытку примирить внутренний мир с внешним, или же, наоборот, стремление подчинить природу, вернуть себе контроль над ней. И наоборот, желание вернуть нож через лес – это, возможно, признание силы природы, понимание того, что истинная сила не в инструменте, а в гармонии с окружающим миром.
О, ты куда исчез? Куда ещё идёшь? Эти вопросы, обращенные к неуловимому, к тому, что ускользает, выражают чувство потери, непонимания, возможно, даже страха перед неизведанным. Что именно исчезло? Нож? Лес? Или что-то более глубокое, связанное с самим существованием, с утратой смысла или идентичности? Неизвестность направления движения усиливает ощущение неопределенности, подвешенности между мирами.
О, ёж. О – ёж. Появление ежа – это маленькое, но значимое событие. Ёж, существо домашнее, но в то же время дикое, обитающее на границе двух миров – леса и сада, человека и природы. Его присутствие здесь может символизировать неожиданное, но естественное появление чего-то, что связывает эти противоположности, что находит свое место в этой трансформирующейся реальности. Это тихий, наблюдающий свидетель перемен.
Бумага – милый дом, там буковки кругом, Там сад и лес и свет И нож, но смерти нет. Бумага, как носитель слова, как основа для творчества, становится убежищем, «милым домом» для всех этих образов. Здесь, в тексте, в словах, сад, лес, свет и даже нож обретают новую жизнь, становятся частью внутренней вселенной. И самое главное – «смерти нет». Это означает, что в мире слов, в мире искусства, образы не исчезают бесследно, они живут, трансформируются, перерождаются.
Заходит в дом о-ёж, Как ты во мне живёшь. Ёж, пришедший в этот «дом» из бумаги, символизирует проникновение внешнего мира, природы, в самое существо человека, в его внутренний мир. «Как ты во мне живёшь» – это глубокий вопрос о том, как внешние силы, как сама природа, как переживания, формируют нашу внутреннюю сущность, как они становятся неотъемлемой частью нашего «я».
Безвкусный чай, окно. Другого не дано. Возвращение к безвкусному чаю и окну, выходящему на сад, подчеркивает неизменность внешней реальности, которая, несмотря на внутренние метаморфозы, остается прежней. «Другого не дано» – это смирение с данной реальностью, с ее ограничениями, но и понимание того, что именно в этой неизменности, в этих простых вещах, кроется основа для дальнейших размышлений и переживаний. Это отправная точка, с которой начинается любое путешествие, будь то в лес, в глубины собственного «я», или в мир слов.
Денис Крюков.