Зимняя эстрада и дом-корабль: анализ стихотворения Николая Звягинцева

Зимой эстрада в пустом саду,
Ласточкин хвост за ее кормою,
Дом, в котором ты плыл по льду,
Когда еще не простился с морем.

Бумага, которую целовал,
Дышал водой, как мебельным лаком.
Кто-то подскажет богу слова,
Выберет время, в котором плакать.

А ты сидишь, как восточный паша,
Ничья голова тебе не мешает,
Или не веришь своим ушам,
Представишь детство бильярдным шаром.

Николай Звягинцев.

Зимой эстрада в пустом саду,
Ласточкин хвост за ее кормою,
Дом, в котором ты плыл по льду,
Когда еще не простился с морем.

Здесь, среди застывших декораций, где даже ветер, кажется, шепчет забытые мелодии, рождается образ дома, который некогда был кораблем, несущим сквозь бури и штили. Этот дом, словно старая посудина, хранит в себе отголоски прошлых плаваний, запах соли и далеких берегов, еще не покинувших память. Ты, словно капитан, еще чувствуешь под ногами палубу, хотя вокруг лишь снежная пустыня и тишина, нарушаемая лишь скрипом ветвей.

Бумага, которую целовал,
Дышал водой, как мебельным лаком.
Кто-то подскажет богу слова,
Выберет время, в котором плакать.

Та бумага, может быть, письмо, которое ты бережно хранил, или старый чертеж, напоминающий о мечтах, связанных с морем. Ее запах, смешанный с ароматом времени и пыли, навевает воспоминания о детстве, когда вода казалась безграничной, а горизонт манил неизведанным. И вот, в этой зимней спячке, когда мир вокруг замер, кто-то, возможно, невидимый наблюдатель, или сам голос души, пытается найти утешение, подобрать нужные слова, чтобы обратиться к высшим силам, к самому богу, и выбрать момент, когда можно позволить себе скорбь, выпустить накопившиеся слезы.

А ты сидишь, как восточный паша,
Ничья голова тебе не мешает,
Или не веришь своим ушам,
Представишь детство бильярдным шаром.

Ты, в этой тишине, обретаешь покой, подобно восточному правителю, окруженному покоем и властью над своим маленьким миром. Никто не требует от тебя ответа, никто не давит своими проблемами, и ты можешь позволить себе погрузиться в свои мысли. Возможно, ты просто не веришь тому, что слышишь – холоду, тишине, или даже собственным ощущениям, настолько они далеки от привычного. И тогда, чтобы найти опору, чтобы вернуться к чему-то реальному, ты обращаешься к образам прошлого, к ярким, запоминающимся моментам. Детство, оно как бильярдный шар – гладкое, круглое, идеальное, несущее в себе энергию движения и игры, готовое к новому толчку, к новому броску по зеленому сукну жизни. Этот образ помогает тебе справиться с настоящим, с этой зимней эстрадой, пустой и застывшей, но хранящей в себе обещание весны, как и море, которое когда-нибудь снова позовет тебя.

Николай Звягинцев.