ЛАСТОЧКИ
Имей глаза — сквозь день увидишь ночь,
Не озарённую тем воспалённым диском.
Две ласточки напрасно рвутся прочь,
Перед окном шныряя с тонким писком.
Вон ту прозрачную, но прочную плеву
Не прободать крылом остроугольным,
Не выпорхнуть туда, за синеву,
Ни птичьим крылышком, ни сердцем подневольным.
Пока вся кровь не выступит из пор,
Пока не выплачешь земные очи —
Не станешь духом. Жди, смотря в упор,
Как брызжет свет, не застилая ночи.
Владислав Ходасевич.
ЛАСТОЧКИ
Имей глаза — сквозь день увидишь ночь,
Не озарённую тем воспалённым диском.
Две ласточки напрасно рвутся прочь,
Перед окном шныряя с тонким писком.
Эти птицы, чьи стремительные полёты всегда ассоциировались с летом, свободой и беззаботностью, здесь предстают в ином свете. Их неустанное движение, их метания у окна – это не просто природный инстинкт, а символ тщетных попыток вырваться за пределы навязанной реальности, за пресловутую «плеву». Они, словно пойманные существа, бьются о невидимую стену, не находя выхода из своего замкнутого мира. Их писк, тонкий и назойливый, становится эхом внутреннего смятения, отражением неспособности преодолеть границы, установленные либо внешними обстоятельствами, либо собственным внутренним состоянием.
Вон ту прозрачную, но прочную плеву
Не прободать крылом остроугольным,
Не выпорхнуть туда, за синеву,
Ни птичьим крылышком, ни сердцем подневольным.
Эта «плева» – метафора, охватывающая множество понятий: от бытовых ограничений и социальных условностей до глубоко личных психологических барьеров и духовных оков. Она прозрачна, потому что её существование часто неосознанно, скрыто за повседневностью. Но она прочна, потому что сопротивляется любым попыткам её разрушить, если эти попытки поверхностны и не идут из глубины. Остроугольное крыло ласточки, символ ловкости и скорости, оказывается бессильным перед этой преградой. Так же и сердце, даже если оно стремится к свободе, но остаётся «подневольным» – скованным страхами, сомнениями, привычными паттернами поведения – не сможет преодолеть эту невидимую стену. Синева, манящая за окном, символизирует недостижимую свободу, идеальный мир, который кажется таким близким, но на деле оказывается запертым за невидимым барьером.
Пока вся кровь не выступит из пор,
Пока не выплачешь земные очи —
Не станешь духом. Жди, смотря в упор,
Как брызжет свет, не застилая ночи.
Истинное освобождение, согласно Ходасевичу, приходит не через внешние действия, а через глубокую внутреннюю трансформацию. «Пока вся кровь не выступит из пор» – это образ полного самоотречения, предельного напряжения сил, готовности к жертве ради обретения подлинной сущности. Это метафора исчерпания всех внешних ресурсов, всех попыток пробить стену силой, когда остаётся только одно – внутренняя борьба. «Пока не выплачешь земные очи» – это символ глубокого очищения через страдание, через осознание и принятие всей боли и тяжести земного существования. Это отказ от иллюзий, от поверхностного взгляда на мир, от стремления к лёгким путям. Только пройдя через этот мучительный процесс, когда душа очистится от всего наносного, от земных привязанностей и страхов, человек сможет стать «духом» – обрести подлинную свободу, независимость от внешних обстоятельств и внутренних ограничений. Эта трансформация требует терпения и стойкости. Нужно «ждать, смотря в упор», не отводя взгляда от реальности, даже если она кажется безрадостной. И тогда, в момент наивысшего напряжения и очищения, придёт понимание: «как брызжет свет, не застилая ночи». Это не свет, который рассеивает тьму, а свет, который существует *внутри* ночи, свет духовного прозрения, который открывается лишь тем, кто смог пройти через тьму, принять её и преобразить. Это не конец пути, а начало нового видения, где свет и тьма сосуществуют, дополняя друг друга, и где истинная свобода обретается не в бегстве от реальности, а в её глубоком постижении.
Владислав Ходасевич.