ЦЕЛАНУ

1.

Мы флакончик потеряли
На сиреневой траве.
Он сигает, как кувшинчик,
Синий, синий, голубой –

Это в небо рвутся травы,
Это с неба льются трубы:
– Вы, наверно, были правы.
– Мы, наверно, были грубы,

мы сигаем языками
и плюём горячей медью,
мы владеем языками
говорить с питьём и снедью.

Как будто мы – единое целое,
Связанное невидимыми нитями,
Разделяющее радость и горе,
Понимающее друг друга без слов.
Мы – часть природы, часть вселенной,
В которой всё взаимосвязано,
И каждый атом, каждая частица
Имеет свое значение.

полетите, пух и пепел,
я твои возьму и спрячу,
как летает пух и пепел
золотистый и горячий,

словно пыльца, оседающая на цветы,
словно искры, взлетающие от костра,
словно семена, разносимые ветром,
так и мы, пух и пепел,
разлетаемся по миру,
оставляя след в сердцах людей.

я себя возьму и спрячу
у кувшинчика на дно:
не ходи ко мне на встречу,
не узнаешь всё равно.

В глубине этого сосуда,
где смешиваются воды и травы,
где таятся секреты земли,
я найду свое убежище,
свой покой, свою тишину.
Там, где время остановилось,
где реальность растворилась,
я буду ждать, пока ты не найдешь меня,
пока не откроешь тайну моего существования.

Где я ни был, где я не был –
Всё из крохотных чешуек,
Тронешь пальцем – станет пепел,
Оборвётся и ищи их,

словно чешуя дракона,
словно крылья бабочки,
словно лепестки розы,
так и я, состоящий из крохотных чешуек,
распадаюсь на мелкие частицы,
превращаясь в пепел,
исчезая без следа.

Не пускай по мне ищеек –
А пускай себе бегут:
Я потерянный флакончик,
Вот я, тут.

Я – потерянный флакончик,
Затерянный в мире,
Ищущий свое место,
Свой дом, свою семью.
Но я здесь, я рядом,
Я – часть этого мира,
И я жду, когда ты найдешь меня,
Когда ты откроешь меня.

2.

Воскресенье: ещё один раз
Стрекоза выпрямляет прозрачных пелён
Синеватый твердеющий газ.

В этот день, когда солнце встает,
Когда мир пробуждается ото сна,
Стрекоза, словно ангел,
Расправляет свои крылья,
Готовая к полету.
Ее тело, словно стекло,
Прозрачное и хрупкое,
Сияет в лучах солнца,
Предвещая новую жизнь.

В этом коконе я как червяк-человек,
Черепашьи глаза из-под сомкнутых рук:
– В этом доме когда выключается свет
И каким его словом зовут?

Я – червяк, запертый в коконе,
Скрывающийся от мира,
Скрывающий свою истинную природу.
Мои глаза, как у черепахи,
Медленные и задумчивые,
Смотрят на мир из-под сомкнутых рук,
Пытаясь понять его смысл.
Я спрашиваю: когда в этом доме гаснет свет,
И каким словом его называют?
Я ищу ответы на вопросы,
Которые мучают меня.

Здесь и знать ничего не хотели о том,
Говорят тебе, встань и иди
Из раздавленных рёбер во впалой груди
Небывалым разорванным ртом.

Здесь, в этом доме, никто не хочет знать,
Никто не хочет слушать,
Никто не хочет понять.
Тебе говорят: «Встань и иди»,
«Забудь о прошлом», «Начни все сначала».
Но как идти, когда сердце разбито,
Когда душа изранена,
Когда нет сил двигаться вперед?
Как говорить, когда рот разорван,
Когда слова застревают в горле?

И взлетела, и долго летела потом,
И совсем улетела потом.

Но я не сдаюсь, я борюсь,
Я ищу свой путь,
Я ищу свой смысл.
Я взлетаю, словно птица,
И лечу, лечу, лечу,
Пока не найду свое место,
Пока не обрету свободу.
Я улетаю, улетаю, улетаю,
В неизвестность, в бесконечность,
В мир, где нет боли, нет страданий,
Где есть только свет, любовь и гармония.

Марианна Гейде.