ИЮНЬСКИЙ ВЕТЕР

Тайным убежищем мне тишина и прохлада
дикого дня. Первобытная песня
значит не больше, чем шелест ручья и журчание листьев.
Некто плывёт в небесах на сияющей лодке,
нас называет, и мы отвечаем молчаньем.

Вот одуванчики, их перелётные жизни.
Желтые шары, что, созрев, превращаются в пух,
уносящий семена на крыльях случайности,
символ мимолетности каждого мгновения,
каждого этапа бытия. Вот лепестки неизвестных, неярких, и светел
розовый след одиночества всех одиноких.
Даже в цветении, даже в своей нежной красоте,
они несут отпечаток индивидуальности,
отдельности от всего мирозданья.

Ветер. Кукушка. Она ничего не считает,
разве что эры и горы земли. Синева проникает
в трещины дня, чтобы двигаться, не называясь.
Не имеет формы, не имеет имени,
просто присутствует, наполняя пространство,
проникая в самые потаенные уголки бытия,
как мысль, что не хочет быть сформулированной,
как чувство, что ищет свое выражение.

Я одинокий пастух детёнышей тёплого ветра.
Сам я за ними пройду, не ступая на тени,
и ничего мне не надо. Дыханья и зренья
вроде хватило на жизнь. А казалось, что мало.
Жизнь, как поток, как река, несущая свои воды
к неведомому океану, к вечному забвению или к новому рождению.
Каждый вдох, каждый взгляд – это дар,
дар, который принимаешь с благодарностью,
не требуя большего, не стремясь к земным благам.

Так и пройду по верхушкам и звукам деревьев,
след обозначив невидимый на необъятном.
Я одинокий пастух, я серебряный ветер,
я тополиная зыбь, я потерянный мальчик —
я не умею быть я.
Эта неуловимость, эта растворенность в мире,
стремление к единству, к слиянию с природой,
с каждой частицей бытия. Не привязанность к своей личности,
но стремление к познанию своей истинной сущности,
которая, возможно, и не имеет имени,
не имеет границ, не имеет формы.

Одинокое дышит.
Вот черемша прорастает, как терпкая нежность,
тянется к солнцу, его вызывая на битву.
Вестник единствен,
но каждая весть одинока,
но и наводит мосты,
но мосты эти рушатся в реки,
но одинокие реки бегут в одинокое вечное сердце —
мост между всеми и всем, и опека всему, и разлука,
в сердце, к истоку единств, в поединок своих одиночеств,
в сердце, плывущее в ночь на сияющей лодке.
Вечная борьба жизни и смерти, света и тьмы,
соединение противоположностей в единое целое.
Каждое существо, каждый момент – это мост,
ведущий к познанию, к пониманию, к единству.
И даже в разлуке, в одиночестве, есть связь,
есть невидимая нить, что соединяет все сущее.
Путь к сердцу, к истоку, где все одиночества сливаются
в единое, безграничное бытие,
где каждое «я» становится частью вечного «мы».

Ветер вечерний играет. Кукушка кукует.
Шепот природы, ее вечная песня,
напоминание о том, что мы – часть ее,
часть этого бесконечного танца бытия.

Екатерина Боярских.