Монро спускается с луны

монро спускается с луны
в неё все парни влюблены
её обол похож на мяч
а тут у нас футбол

там на луне сарай и рай
и снова юбочка в раздрай
а тут у нас забили мяч
и нам, и нам опять

И вот уже не просто игра, а целое действо, где каждый пас, каждый удар – словно отголосок той лунной сказки, что принесла нам Монро. Её образ, словно неземное видение, проникает в самые глубины стадиона, вдохновляя на подвиги. Парни, словно завороженные, стремятся повторить её грацию, её лёгкость, даже в пылу борьбы за каждый сантиметр поля. Мяч, этот символ земной страсти и стремлений, летит по воздуху, как будто тоже с луны, напоминая о той, что спустилась к нам.

Этот контраст между мифической луной и реальным, бурлящим стадионом создаёт особую атмосферу. Там, на луне, возможно, и правда царит сарай, символ чего-то простого, но в то же время уютного, и рай, обещание полного блаженства. А юбочка в раздрай – это, наверное, символ свободы, беззаботности, возможно, даже лёгкого безумия, которое тоже присуще лунным обитателям. Но здесь, на Земле, всё иначе. Здесь страсти кипят, здесь пот льётся, здесь каждая победа – результат титанических усилий. И вот, забили мяч! Этот момент – апофеоз земной борьбы, триумф, который ощущается каждой клеточкой тела. И этот триумф – наш, общий. Нам, нам опять! Это чувство, когда команда добивается успеха, когда болельщики ликуют, когда всё, казалось бы, невозможное становится реальностью.

и рвёт и мечет красный люд
и хиддинк плачет и плывёт
по зачарованной реке
куда нам хода нет

Да, эмоции захлестывают. «Красный люд» – это, конечно, болельщики, чьи сердца бьются в унисон с игрой, чьи голоса сливаются в единый рёв. Они «рвут и мечут» от восторга, от переживаний, от неописуемого счастья. А плачущий Хиддинк… это, возможно, слезы радости, от осознания величия момента, от того, как команда превзошла все ожидания. Или, может быть, это слезы понимания того, насколько хрупка победа, насколько она требует постоянного напряжения и отдачи. «Плывёт по зачарованной реке» – эта река метафорична. Это может быть течение игры, которое уносит всех участников в неведомые дали, или поток времени, который неумолимо движется вперёд, не давая остановиться и насладиться моментом. «Куда нам хода нет» – это осознание того, что прошлое уже не вернуть, что каждый шаг вперёд – это движение в неизведанное, где нет права на ошибку.

и еле движется река
и цель всё так же далека
как день назад как год назад
как триста лет назад

Но даже в моменты триумфа, в этой «зачарованной реке», есть ощущение бесконечного пути. «Еле движется река» – это, возможно, намек на то, что даже после победы, после забитого мяча, путь к истинной цели, к совершенству, к полному пониманию всего этого лунного и земного действа, всё ещё долог. Цель, она «всё так же далека», как и была. Эта далёкость – это не разочарование, а скорее понимание масштаба. Масштаба мечты, масштаба стремлений. Она далека, как «день назад», как «год назад», как «триста лет назад» – это подчёркивает вечность поиска, вечность стремления к чему-то большему. Это может быть стремление к идеальной игре, к идеальной жизни, к пониманию сути бытия, которая, словно лунный свет, ускользает, но при этом манит и вдохновляет. Эта недостижимость цели и делает сам путь таким значимым, таким полным смысла.

Ксения Щербино.