ОБРАТНЫЙ СНЕГ В РЕУТОВЕ
снег идёт вверх –
словно его несёт восходящий поток
шумовые щиты не дают поездам
своим гулом тревожить сугробы, что упрямо цепляются за землю, не желая поддаваться этой аномалии.
так и бредёшь меж заборами строек туда,
где недостроенный огорожен каток, ещё пахнущий свежим бетоном и сырой землёй,
и растёт по чуть-чуть с каждым годом как этот город,
будущая поликлиника с очередями пациентов, предвкушающих заботу, и дома-муравейники, где кипит жизнь, наполненная суетой и надеждами.
растут младенцы, первые шаги которых неуверенно ступают по мокрому асфальту, и высаженные сосны, чьи иглы пока ещё нежно прижимаются к земле, набираясь сил.
растут фонари, чьи лучи прорезают промозглую мглу, и праздничная подсветка, мерцающая обещанием грядущих торжеств.
вот электричка идёт в Петушки на восток, унося с собой пассажиров, каждый со своей историей, со своими мечтами, устремлёнными вдаль.
в маленьком парке огромная ёлка горит, украшенная мишурой и шарами, её ветви склоняются под тяжестью гирлянд, словно держа в себе всю усталость уходящего года.
её сёстры живые на ёлочных мёрзнут базарах,
как на невольничьих рынках у них связаны ветки, лишая их естественной грации, и одна другой говорит: отчего это снег падает вверх?
гляди, гляди – вот он поднимается с самого льда,
с узких скользких тротуаров, покрытых тонким, блестящим слоем, – всё выше, к крышам домов, где вода замерзает в причудливые сосульки.
и подруга, за шесть косарей ёлка из Дании, чьи иголки ещё хранят аромат хвойного леса,
ей отвечает: это мир начал восхождение хрен-знает-куда.
он больше не стоит на незыблемом основании своей веры
в закон тяготения и страдания, привычные, предсказуемые, как ход времени.
снег больше не падает с неба, а падает в небо,
словно сам космос открывает свои объятия, принимая его в свои бездонные просторы.
скоро в небо упадут эти высотные здания,
они в пропасть сорвутся не убоясь пустоты,
испепеляющего света, гнева, который, возможно, скрыт в глубинах бытия.
они падают в пропасть, в которой сады, падают вверх – в небо,
где смерть станет светом, где я и ты
снова пустим корни в самые облака, станем частью чего-то большего, неведомого.
так говорили ёлки под вечер на улице нашего городка,
под восходящим снегом, который кружился в своём странном, непонятном танце, напоминая о том, что привычный порядок вещей может быть нарушен в любой момент.
этот обратный снег, символ перевернутого мира, заставлял задуматься о том, что истина может скрываться там, где мы меньше всего её ожидаем, а будущее – там, где мы привыкли видеть лишь прошлое.
Алла Горбунова.