Крик ласточек: Поэтический анализ
Так страшно ласточки кричат,
Как бы очнувшись ото сна.
Психея сонная, смотри-смотри:
Пласты земли и воздуха морочат
Своих жильцов — и травы, и крольчат,
И горних птиц, и корни остролиста.
Смотри-смотри: у ласточки внутри,
Наверное, туман иного зренья.
Не слышу я пронзительного свиста,
Не чую я, когда кипят коренья
У ведьмы под землей
И золотые щупальца хиреющего дня
Касаются ее дремучего вина.
И мир разъят.
И ласточки кричат,
Смотри, Психея:
Ольга Мартынова.
Так страшно ласточки кричат,
Как бы очнувшись ото сна.
Психея сонная, смотри-смотри:
Пласты земли и воздуха морочат
Своих жильцов — и травы, и крольчат,
И горних птиц, и корни остролиста.
Смотри-смотри: у ласточки внутри,
Наверное, туман иного зренья.
Не слышу я пронзительного свиста,
Не чую я, когда кипят коренья
У ведьмы под землей
И золотые щупальца хиреющего дня
Касаются ее дремучего вина.
И мир разъят.
И ласточки кричат,
Смотри, Психея:
Их крик — не просто звук, но предзнаменование,
Словно сигнал тревоги, посланный извне.
Они, несущие в себе весеннее пробужденье,
Теперь возвещают о грядущей мгле.
Их перья, что ловили солнечные блики,
Теперь кажутся серыми, лишенными тепла.
В их глазах — отражение грядущей лики
Того, что мир еще не раз познал.
Земля, что кормит их, что дарит им приют,
Теперь обманчива, скрывает свой удел.
И воздух, что ласкает их, летящий тут и тут,
Стал тяжелым, словно груз, что не сумел
Унестись прочь, оставив лишь предчувствие беды.
Крольчата, что резвятся в мягкой мураве,
Не ведают о том, что дни их сочтены,
И птицы горние, парящие в синеве,
Уже не чувствуют привычной легкости крыла.
Остролист, что тянет корни в глубину,
Кажется, сам замирает, ждет конца.
И в ласточке — не просто птица, но струна,
Натянутая до предела, полная тоски.
Ее полет — не радость, а отчаянный порыв,
Стремление найти спасенье в смутной мгле.
Туман иного зренья — это как призыв
К пробужденью, к осознанию в себе
Того, что мир не так, как кажется сейчас.
Он искажен, наполнен тайной, скрытой силой.
Ведьма под землей, ее кипящий вяз,
Не просто образ, а реальность, что накрыла
Все сущее. Ее вино — не напиток, а хаос,
Что проникает в души, подчиняя их себе.
И день хиреющий, его последние отблеск,
Касаются всего, неся забвенье и скорбь.
Мир разъят — не метафора, а истина, что зла.
И ласточки кричат, как будто молят о спасенье.
Смотри, Психея, ведь это не игра,
А явь, что требует от тебя мгновенного решенья.
Они — предвестники, их крик — последний звон,
Что раздается в тишине перед великим сдвигом.
И ты, Психея, будь готова, будь сильна,
Ведь мир меняется, и лишь любовь — твой гид.
Ольга Мартынова.