РАЗГОВОР

Когда зеленый луч, последний на закате,
Блеснет и скроется, мы не узнаем где,
Тогда встает душа и бродит, как лунатик,
В садах заброшенных, в безлюдье площадей.
Она, отринув бренность, стремится в мир иной,
Где нет земных оков, где правит чистота,
Где каждый вздох наполнен новой тишиной,
И мысли, словно птицы, летят туда, туда.

Весь мир теперь ее, ни ангелам, ни птицам
Не позавидует она в тиши аллей.
Отбросив суету, где суетятся лица,
Она находит мир в тени весенних дней.
А тело тащится вослед и тайно злится,
Угрюмо жалуясь на боль свою земле.
Оно, прикованное к жизни, как к темнице,
Не может разделить восторг души во мгле.

«Как хорошо теперь сидеть в кафе счастливом,
Где над людской толпой потрескивает газ,
И слушать, светлое потягивая пиво,
Как женщина поет « La p’tite Tonkinoise ».
Забыть о тяготах, о будничной борьбе,
О вечных спорах, что терзают нас порой,
И раствориться в звуках, что ласкают слух,
Вдыхая аромат, смешанный с мечтой.

«Уж карты весело порхают над столами,
Целят скучающих, миря их с бытием.
Ты знаешь, я люблю горячими руками
Касаться золота, когда оно мое».
Не просто блеск монет, не звон сребра и злата,
Но ощущение власти, что дает богатство,
И предвкушение победы, что так свято
Наполнено для нас, как жизни естество.

«Подумай, каково мне с этой бесноватой,
Воображаемым внимая голосам,
Смотреть на мелочь звезд, ведь очень небогато
И просто разубрал всевышний небеса».
Как трудно мне сдержать порыв души, что рвется
Туда, где свет ее сияет без конца,
Когда реальность давит, и сердце бьется
В такт с глупой суетой, что не имеет дна.

Земля по временам сочувственно вздыхает,
И пахнет смолами, и пылью, и травой,
И нудно думает, но все-таки не знает,
Как усмирить души мятежной торжество.
Она пытается вернуть дитя свое,
К земле припасть, к корням, к привычным дням,
Но дух ее свободен, и сердце ее бьет
В ритм вечности, что манит к иным мирам.

«Вернись в меня, дитя, стань снова грязным илом,
Там, в глубине болот, холодным, скользким дном.
Ты можешь выбирать между Невой и Нилом
Отдохновению благоприятный дом».
Вернись к истокам, к простоте, к земной судьбе,
Где нет иллюзий, нет пустых мечтаний,
Где жизнь течет спокойно, как река к тебе,
И где найдешь ты мир в своих скитаниях.

«Пускай ушей и глаз навек сомкнутся двери,
И пусть истлеет мозг, предавшийся врагу,
А после станешь ты растеньем или зверем…
Знай, иначе помочь тебе я не могу».
Предайся забвению, отринь земной удел,
Стань частью природы, слившись с ней навечно,
И обретешь покой, которого хотел,
В ином существовании, бесконечно.

И все идет душа, горда своим уделом,
К несуществующим, но золотым полям,
И все спешит за ней, изнемогая, тело,
И пахнет тлением заманчиво земля.
Но даже в этом тлении, в земной тоске,
Есть отголосок той, что ищет свет,
И тело, обреченное на муки, все ж
Несет в себе частицу той души, что знает ответ.

Николай Гумилёв.