Прямых стволов благословение

Прямых стволов благословение
И млечный пар над головой,
И я ложусь в листву осеннюю,
Дышу поспудицей грибной.

Мне грешная моя, невинная
Земля моя передает
Свое терпенье муравьиное
И душу, крепкую, как йод.

Кончаются мои скитания.
Я в лабиринт корней войду
И твой престол найду, Титания,
В твоей державе пропаду.

Что мне в моем погибшем имени?
Твой ржавый лист — моя броня.
Кляни меня, но не гони меня,
Убей, но не гони меня.

Арсений Тарковский.

Прямых стволов благословение,
И млечный пар над головой,
И я ложусь в листву осеннюю,
Дышу поспудицей грибной.

Мне грешная моя, невинная
Земля моя передает
Свое терпенье муравьиное
И душу, крепкую, как йод.

Здесь, среди шелеста опавших листьев, я ощущаю глубокую связь с землей, ее вечным круговоротом жизни и смерти. Каждый шорох, каждый запах – это часть ее безмолвного рассказа, переданного мне через поколения. Земля, одновременно грешная в своей суетности и невинная в своей первозданной чистоте, делится со мной своей мудростью. Она учит меня терпению, подобному тому, что проявляют неутомимые муравьи, строящие свои города в траве. И эта душа, крепкая, как йод, как древний камень, проникает в меня, наполняя силой и стойкостью перед лицом неизбежного.

Кончаются мои скитания.
Я в лабиринт корней войду
И твой престол найду, Титания,
В твоей державе пропаду.

Усталость долгих дорог, бесцельных поисков и вечных сомнений уступает место умиротворению. Я готов погрузиться в глубины земли, в этот сложный, запутанный лабиринт корней, который подобен мудрости веков. Там, в этом сокровенном месте, я найду тебя, Титания – не просто королеву фей, но символ природной, дикой, первозданной силы, воплощение изначального бытия. В твоем царстве, в этой нетронутой гармонии, я растворюсь, отбросив все лишнее, все наносное, что скопилось на пути. Это не будет гибелью, но скорее возвращением к истокам, к истинной сути.

Что мне в моем погибшем имени?
Твой ржавый лист — моя броня.
Кляни меня, но не гони меня,
Убей, но не гони меня.

Мое прежнее «я», моя идентичность, мое имя, которое когда-то имело значение, теперь кажется таким незначительным, таким хрупким. Оно погибло в огне испытаний, в суете мира, в моих собственных заблуждениях. Теперь я ищу убежища не в славе или признании, а в самой природе. Ржавый лист, символ увядания и распада, становится моей защитой, моей броней. Он напоминает мне о цикличности бытия, о том, что даже в увядании есть своя красота и своя сила. Я готов принять любое осуждение, любое испытание, но прошу лишь об одном – не изгоняй меня из этого мира, из этого единства с природой. Пусть меня клянут, пусть меня бьют, пусть меня пытаются уничтожить, но только не лишай меня возможности быть частью этого великого, непостижимого бытия. Пусть даже в моей смерти будет жизнь, пусть даже в моем угасании будет продолжение.

Арсений Тарковский.