Стихотворение Андрея Гришаева: Обращение к стране
Обращаюсь я к стране родной с приветом
К рекам заводской воды, к мехам вина
К одержимым льдом или балетом
К урожаю, вышедшему из ума
Все зернохранилища и горы
Городов под небом голубым
Как под кожей движутся дозоры
Скрещиваются свет и дым
Как любуюсь я кончающейся веткой
Выходящего из-под земли метро
Ветераном в орденах с береткой
Мая птичьего и пустоты его
Человек страны не опрокинет
К краю ржавому Москва его плывет
Завтра лето — птичка мир обнимет
Синим светом вспыхнет самолёт
Дорогие москвичи и дорогие
Те, кто выжили за огненной дугой
Будут буквы — те же, но другие
Будет день совсем, совсем другой
Андрей Гришаев.
Обращаюсь я к стране родной с приветом
К рекам заводской воды, к мехам вина
К одержимым льдом или балетом
К урожаю, вышедшему из ума
Все зернохранилища и горы
Городов под небом голубым
Как под кожей движутся дозоры
Скрещиваются свет и дым
Как любуюсь я кончающейся веткой
Выходящего из-под земли метро
Ветераном в орденах с береткой
Мая птичьего и пустоты его
Человек страны не опрокинет
К краю ржавому Москва его плывет
Завтра лето — птичка мир обнимет
Синим светом вспыхнет самолёт
Дорогие москвичи и дорогие
Те, кто выжили за огненной дугой
Будут буквы — те же, но другие
Будет день совсем, совсем другой
Я вижу в этом обращении не просто констатацию фактов, а глубокое, почти экзистенциальное переживание бытия. Это не просто картины, это ощущения, вплетенные в ткань реальности. Заводская вода, несущая в себе отголоски труда и индустриализации, соседствует с «мехами вина», символом изобилия, праздника, возможно, даже забвения. Одержимость льдом – это холод, стойкость, возможно, даже отстраненность, а балетом – изящество, стремление к идеалу, эфемерность. Урожай, «вышедший из ума», говорит о буйстве природы, о чем-то, что выходит за рамки обыденного понимания, о щедрости, граничащей с безумием.
Зернохранилища, наполненные до краев, и горы, величественные и неподвижные, становятся метафорами накопленного, хранимого, того, что составляет основу жизни. Города под «небом голубым» – это пространство человеческой деятельности, арена жизни. А «дозоры», движущиеся «под кожей», – это невидимые силы, контроль, возможно, даже тревога, пронизывающая общество. Скрещивание света и дыма – это двойственность бытия, явное и скрытое, истина и иллюзия, надежда и неопределенность.
Мое любование «кончающейся веткой» метро – это наблюдение за неуловимым, за процессом, который вот-вот завершится, но в котором есть своя особая прелесть. Это и символ движения, прогресса, который постоянно трансформируется. Ветеран в орденах с береткой – это олицетворение прошлого, его памяти, его нестираемых следов, но также и его хрупкости, его уязвимости. «Мая птичьего и пустоты его» – это образ чего-то возвышенного, но одновременно и лишенного содержания, эфемерного, как полет птицы, который может закончиться в любой момент, оставив лишь пустоту.
«Человек страны не опрокинет» – это утверждение стойкости, внутренней силы, способности противостоять любым невзгодам. Москва, «плывущая к краю ржавому», – это образ города, который, несмотря на свою мощь и значимость, испытывает определенные трудности, возможно, старение, износ, но при этом продолжает свое движение. «Завтра лето» – это предвкушение обновления, тепла, новой жизни. «Птичка мир обнимет» – это символ надежды, примирения, всеобъемлющей гармонии, которая приходит с летом. И внезапно, как символ прорыва, «синим светом вспыхнет самолёт» – это образ, несущий в себе стремительность, свободу, преодоление границ, а синий цвет добавляет ему оттенок чего-то небесного, чистого, возможно, даже божественного.
«Дорогие москвичи и дорогие» – это прямое обращение к людям, к их судьбам, к их жизни. «Те, кто выжили за огненной дугой» – это обращение к тем, кто прошел через испытания, через войны, через лишения, кто сохранил себя несмотря ни на что. Это признание их силы и стойкости. «Будут буквы — те же, но другие» – это метафора перемен, которые не меняют сути, но трансформируют форму. Слова остаются прежними, но их значение, их восприятие меняется под влиянием времени и опыта. «Будет день совсем, совсем другой» – это обещание будущего, которое будет отличаться от прошлого, которое принесет новые смыслы, новые ощущения, новую реальность. Это надежда на преображение, на новую главу в жизни страны и каждого ее жителя.
Андрей Гришаев.