Внутренняя сила и самопознание в поэзии Алексея Порвина

А зачем звезда, раз можно держать,
нагнетая хватку в долгое я:
событийный ряд, молчанье, действие;
как предмет в предмет — вцепиться и знать —

Наступает день, а это не ты,
кто из фактов отпусканья — творит
беспрепятственность, сквозное облако
для времён, дошедших в почву всего?

Сквозь такой сплошной разгаданный жест
даже звёзды не пройдут: вот стена,
возрастанье световое схвачено,
но вцепилась почва в корни водой.

Не отпустишь слово, видя в листве
для души непроходной образец:
возрастанье световое стиснуто
фонарём до хруста в летних ветвях.

Алексей Порвин.

А зачем звезда, раз можно держать,
нагнетая хватку в долгое я:
событийный ряд, молчанье, действие;
как предмет в предмет — вцепиться и знать —
суть вещей, их незыблемую основу,
что не ищет внешнего подтвержденья,
не нуждается в сиянии чужом,
в бликах славы, в отблесках признанья.
Эта внутренняя сила, этот стержень,
что рождается из глубины самопознанья,
из глубокой связи с собственной сущностью,
ощущается не как жажда власти,
а как тихая, но мощная уверенность.
Это знание, что не требует слов,
не нуждается в громких манифестах,
оно проявляется в каждом шаге,
в каждом поступке, в каждом вздохе.

Наступает день, а это не ты,
кто из фактов отпусканья — творит
беспрепятственность, сквозное облако
для времён, дошедших в почву всего?
Не внешняя сила, не случайный поворот
событий, что не подвластны нашей воле,
формируют путь, открывают горизонты.
Истинная свобода, та, что позволяет
дышать полной грудью, видеть ясно,
рождается из внутреннего освобождения,
из отказа от привязанностей,
от страхов, от иллюзий, что сковывают.
Это процесс, подобный таянию льда,
когда весеннее солнце, невидимое,
но ощутимое, разрушает оковы,
и вода, освобожденная, стремится к морю.
Это не пассивное ожидание,
а активное действие по очищению,
по растворению всего наносного,
что мешает истинному течению жизни.

Сквозь такой сплошной разгаданный жест
даже звёзды не пройдут: вот стена,
возрастанье световое схвачено,
но вцепилась почва в корни водой.
Когда внутренняя суть постигнута,
когда каждый жест становится осмысленным,
когда нет места случайности, нет места хаосу,
тогда даже самые яркие внешние явления,
символы величия и недостижимости,
становятся бессильными перед этой внутренней крепостью.
Это не значит, что мы отвергаем мир,
что мы замыкаемся в себе, отстраняясь от реальности.
Напротив, мы глубже погружаемся в неё,
но уже с новой, обретенной ясностью.
Свет, что рождается внутри, не рассеивается,
он не ищет внешних отражений,
он проникает в самую суть вещей,
озаряя их изнутри, подобно тому,
как вода, проникающая в почву,
питает корни, давая жизнь всему сущему.

Не отпустишь слово, видя в листве
для души непроходной образец:
возрастанье световое стиснуто
фонарём до хруста в летних ветвях.
Невозможно произнести пустые слова,
когда каждое слово обретает вес,
когда за каждым звуком стоит глубокий смысл,
когда каждая мысль находит своё место
в этом едином, гармоничном полотне бытия.
Листва, шелестящая на ветру,
может казаться хрупкой и невесомой,
но в ней скрыта сила жизни,
неукротимая, вечная.
И когда внешнее освещение,
искусственное, навязчивое,
пытается преломить эту естественную силу,
сделать её подвластной, ограниченной,
тогда возникает диссонанс,
истинная суть оказывается искажена,
словно весенние ветви, ломающиеся
под тяжестью яркого, но холодного света фонаря.
Но истинное «я», укоренившееся глубоко,
не поддаётся этим внешним воздействиям,
оно сохраняет свою целостность,
свою незыблемую сущность,
несмотря на все попытки её подчинить.
Алексей Порвин.